Пять лет я была с Винсентом, терпела его холодность и скрывала наши отношения ради его имиджа холостяка. Он запрещал нашему ребёнку называть его «папой», а на людях мы оставались просто коллегами. Я постоянно шла на уступки ради семьи, пока однажды не увидела другую женщину, выходящую из его спальни. Годы боли окончательно сломили меня. Раз ему так важно оставаться холостым, я решила отпустить его и уйти.